Серия 7. Эль Русо
Жаркая Аргентина. Тихий живописный полуостров в стороне от Буэнос-Айреса. Там, в «аргентинской Венеции», живет уже не первое поколение русских староверов, сохраняя свой язык, веру и уклад. Она — староверка, живущая по правилам общины. Он — полицейский, эмигрант из России, не знающий пощады к преступникам.
Серия 6. Эль Русо
Жаркая Аргентина. Тихий живописный полуостров в стороне от Буэнос-Айреса. Там, в «аргентинской Венеции», живет уже не первое поколение русских староверов, сохраняя свой язык, веру и уклад. Она — староверка, живущая по правилам общины. Он — полицейский, эмигрант из России, не знающий пощады к преступникам.
Серия 5. Эль Русо
Жаркая Аргентина. Тихий живописный полуостров в стороне от Буэнос-Айреса. Там, в «аргентинской Венеции», живет уже не первое поколение русских староверов, сохраняя свой язык, веру и уклад. Она — староверка, живущая по правилам общины. Он — полицейский, эмигрант из России, не знающий пощады к преступникам.
Серия 4. Эль Русо
Жаркая Аргентина. Тихий живописный полуостров в стороне от Буэнос-Айреса. Там, в «аргентинской Венеции», живет уже не первое поколение русских староверов, сохраняя свой язык, веру и уклад. Она — староверка, живущая по правилам общины. Он — полицейский, эмигрант из России, не знающий пощады к преступникам.
Серия 3. Эль Русо
Жаркая Аргентина. Тихий живописный полуостров в стороне от Буэнос-Айреса. Там, в «аргентинской Венеции», живет уже не первое поколение русских староверов, сохраняя свой язык, веру и уклад. Она — староверка, живущая по правилам общины. Он — полицейский, эмигрант из России, не знающий пощады к преступникам.
Серия 2. Эль Русо
Жаркая Аргентина. Тихий живописный полуостров в стороне от Буэнос-Айреса. Там, в «аргентинской Венеции», живет уже не первое поколение русских староверов, сохраняя свой язык, веру и уклад. Она — староверка, живущая по правилам общины. Он — полицейский, эмигрант из России, не знающий пощады к преступникам.
Серия 1. Эль Русо
Жаркая Аргентина. Тихий живописный полуостров в стороне от Буэнос-Айреса. Там, в «аргентинской Венеции», живет уже не первое поколение русских староверов, сохраняя свой язык, веру и уклад. Она — староверка, живущая по правилам общины. Он — полицейский, эмигрант из России, не знающий пощады к преступникам.
